 |
|
|||
|
|
|
|
Мы, во имя Господа, Мира и любви, Друг от друга во поле Стены возвели. |
|
|
Егор был палач. Он работу любил. Лихо головы сёк, плетью радостно бил, Распинал на кресте, упоённо сжигал на костре. Сердцу злобному в жизни любить не пришлось, Но однажды, так вышло, ему довелось Молодую колдунью сжигать на костре на заре.
И, когда её в клетке везли через ночь, Через город, никто ей не жаждал помочь. Люди камни бросали, истошно вопили, крестясь, А на площадь под крест приносили дрова. Десять жирных попов развлекали зевак. И конвойные ведьму швырнули в дорожную грязь.
Тут Егор молодую колдунью схватил И на крест, не жалея, гвоздями прибил. Но, когда он случайно взглянул той девице в глаза, Сердце ёкнуло - птицей забилась душа. Так стоял он ни жив и ни мёртв, чуть дыша. По небритой щеке покатилась мужская слеза.
Вскоре это щемящее чувство прошло. Наш Егор быстро вспомнил своё ремесло И полночи терзал плетью нежную женскую плоть. Но читалось блаженство в девичьих глазах, Что рождало в сердцах человеческих страх И селяне тихонько шептали: “Помилуй, Господь!”
А когда, наконец, запалили костёр, Услыхал тихий голос сквозь крики Егор: “Я тебя позову за собой, быть нам вместе судьба!” Когда тело девицы горело в огне, Оглушительный хохот раздался во тьме, И злорадные крики мгновенно сменила мольба.
С той поры утекло уже много воды, И никто уже даже не помнил беды. Но Егор выходил из запоя - и снова в запой. И нередко он в пьяном угаре твердит, Что душа в груди стонет, а сердце - болит: «Та ведьма меня каждую ночь зовёт за собой!»
Притомился скитаться он по кабакам И ушёл в монастырь, и послал всё к чертям. Там страницами книги святой келию облепил. Но как прежде, лишь только смыкались глаза - По щеке его снова катилась слеза, Вновь он видел блаженные муки той, что погубил.
А когда вдруг в окне, в отраженье стекла, Он увидел ту ведьму, в чём мать родила, Запустил канделябром в окно и отпрянул к стене. Получается, что ж, от судьбы не уйдёшь, Но воскликнул Егор, дескать, всё это ложь, И осколок стекла сжал до крови в дрожащей руке.
По стеклу растекается алая кровь, А в душе, словно кошка, скребётся любовь. Сердце вырвано напрочь, и руки по локоть - в крови. Сбив рукою кадило на каменный пол, Обессилев, Егор повалился на стол И шептал еле слышно: ”Меня за собой не зови…”
Это было давно, это было как сон, Но безмолвные лики старинных икон Никогда не расскажут о том, что случилось в ту ночь. Все монахи в ту ночь посходили с ума, А селян в эту ночь поглотила чума. И никто этим людям не смог, к сожаленью, помочь.
30.10.2002г.
|
||||
|
|
||||
|
|
Частичное или полное копирование материалов, находящихся на данном ресурсе, без согласия автора категорически запрещено. Связь с администрацией: Berdini@yandex.ru
ковролин цены доступные -- РОЛЬФ MAZDA - новая мазда 6 -- гей поно |
|||
